Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:21 

Мозаика из фраз, слов и кусочков текстов. Своих, чужих, романтичного или шокирующе-циничного содержания.

00:32 

"Но как странно, после Иисуса я сразу больше всего люблю дьявола.
(...)
Прижать к своему сердцу Иисуса - великое счастье, но прижать к сердцу Люцифера - ещё прекраснее, ибо Люцифер глубже страдает и обречён огню. Не святого, а изгнанного и падшего любишь. Искупить Люцифера - вот что хотела бы я, если бы была Марией. И вот я помрачаюсь от этой надежды и от слабости своей. Ледяную гору слабою грудью не растопишь, а только обледенеешь, умрёшь.
Да, я люблю Люцифера, однако это не беспокойный демон, ищущий злого дела, так, может быть, преступив и пострадав, он понял бы Иисуса, как разбойник? Нет! Он само зрение, и он видит Иисуса, но зачем ему лучшая из жизней, когда он вообще никакой жизни не ценит. Он хочет непоколебимости и покоя."

Б. Поплавский

17:42 

притча

Один человек десять лет просидел на горе и все эти годы молился и обращался к Богу только с одной просьбой: чтобы мир был устроен справедливо. "Ты действительно этого хочешь?" - спросил Бог. И молящийся ответил утвердительно. "Хорошо, - сказал Творец, - тогда начнём с тебя. Ты десять дет сидел на горе, пускай теперь гора посидит на тебе".

17:59 

"Свобода - ведь это одиночество - не так ли?"

"Жизнь так забавно устроена, что лучшим воспитателем человека является враг его".

"Цельный человек всегда похож на вола - с ним скучно (...) Запутанные люди - интереснее. Жизнь украшается вещами бесполезными. Я не видал идиотов, которые украшали бы жилища свои молотками, гайками или велосипедами".


М. Горький.

После прочтения его "Исповеди" и некоторых его рассказов у меня изменилось мнение об этом писателе. В лучшую сторону.

17:02 

Реабилитация

"Не хвастаясь, могу сказать, что, когда Володя ударил меня по уху и плюнул мне в лоб, я так его схватил, что он этого не забудет. Уже потом я бил его примусом, а утюгом я бил его вечером. Так что умер он совсем не сразу. Это не доказательство, что ногу я отрезал ему ещё днём. Тогда он был ещё жив. А Андрюшу я убил просто по инерции, и в этом я себя не могу обвинить. Зачем Андрюша с Елизаветой Антоновной попались мне под руку? Им было ни к чему выскакивать из-за двери. Меня обвиняют в кровожадности, говорят, я пил кровь, но это неверно: я подлизывал кровяные лужи и пятна - это естественная потребность человека уничтожить следы своего, хотя бы и пустячного, преступления. А также я не насиловал Елизавету Антоновну. Во-первых, она уже не была девушкой, а во-вторых, я имел дело с трупом, и ей жаловаться не приходится. Что из того, что она вот-во должна была родить? Я и вытащил ребёнка. А то, что он вообще не жилец был на этом свете, в этом уж не моя вина. Не я оторвал ему голову, причиной тому была его тонкая шея. Он был создан не для жизни сей. Это верно, что я сапогом размазал по полу их собачку. Но это уж цинизм - обвинять меня в убийстве собаки, когда тут рядом, можно сказать, уничтожены три человеческие жизни. Ребёнка я не считаю. Ну хорошо: во всём этом (я могу согласиться) можно усмотреть некоторую жестокость с моей стороны. Но считать преступлением то, что я сел и испражнился на свои жертвы, - это уже, извините, абсурд. Испражняться - потребность естественная, а следовательно, и отнюдь не преступная. Таким образом, я понимаю опасения моего защитника, но всё же надеюсь на полное оправдание".

Д.Хармс


Восторг.

А как вы относитесь к чёрному юмору?

18:30 

Уже забываю, как меня зовут.

диагноз...

20:17 

...И теперь оба с досадой вспоминали дни разгульных пирушек, непомерное богатство и безудержные соития белых дней и ночей и горевали о том, скольких лет жизни стоило им обрести счастье разделённого одиночества. Без ума влюблённые друг в друга после долгой поры пустого сожительства, они наслаждались чудесным открытием: за обеденным столом можно любить так же, как в постели, - и стали такими счастливыми, что, будучи измотанными стариками, ещё резвились, как крольчата, и огрызались, как собаки.

Г. Гарсиа Маркес

21:03 

Д.Хармс очень "любил" детей:

"Склонность к детям - почти то же, что склонность к зародышу, а склонность к зародышу - почти то же, что склонность к испражнениям".

17:17 

Гм. Это будет нормально, если я выложу тут один рассказ, не спросив об этом автора? Он довольно длинный, да и начало мне как-то не очень, но, честное слово, скопировать и прочитать на досуге целиком стоит.
Обычный взгляд на тусовку: либо полное приятие (энергуйства, вселенцев и прочего набора), либо, напротив, отторжение. Люблю - когда переплетение и того, и того. В конце концов, это больше похоже на правду.
А ещё... Лёгкая ностальгия по двум образам (поймите меня правильно, я ни в коем случае не ниеннист), но... мне даже захотелось перечитать.

Очень часто бывает, что в рассказе, совершенно не имеющем отношения к твоим проблемам, ты находишь невыраженный словесно ответ на незаданный вопрос и - успокаиваешься.




Ристе Айлен
Мелькор на полставки

- Ринка, ты? Уже приехала? Как там Париж?
- Хайюшки, Айнис. Прилетемши вчерасеньки. Только ты думаешь, много я видала того Парижу?
Когда у меня хорошее настроение, мою речь слушать без слез невозможно. Ибо сбиваюсь на собственную квенту "файтерши из далекой провинции" и говорить начинаю соответственно. А настроение было, естественно, лучше некуда - наконец-то дома, долгожданный выходной, никаких срочных дел и Светка-Айнис на проводе. Вообще-то, телефонных разговоров я терпеть не могу, потому что люблю смотреть собеседнику в глаза. Но сейчас у меня отходняк после трех невыносимых дней работы.
- Что, так шеф достал?
- Не то слово! Только в четверг с утра время свободное было, пока его светлость господин директор ловил в гостинице птичку "пЕрепил" после банкета накануне.
- А ты?
- А что я? Мне пить было некогда, я весь вечер ломала голову над тем, как перевести пьяный бред шефа и не уронить при этом честь фирмы! Впрочем, ты ж знаешь, что я и так не пью...
- Не то, что твои некоторые, да? - ехидно вставила Светка, имея в виду мою шизофрению.
- Кстати, о некоторых! Только я собралась прогуляться по любимому городу, как этот мерзавец вылез! Я как чувствовала, рубашку и джинсы взяла с собой. А его, понимаешь, на кладбище Пер-Лашез понесло. Посмотреть на могилу своего отраженца...

Вообще-то, я нормальный человек. Мне так кажется. Живу, работаю, никому не мешаю... Просто я - медиум и с детства в этом убеждена. Разумеется, я не буду рассказывать где попало, что у меня в голове живет Джим Моррисон. Или его двойник, аналог из параллельной реальности. Да я сто теорий придумаю и всем расскажу, как я его своим подсознанием создала и как психологически это помогает мне избавиться от комплексов - словом, не надо бежать в психушку звонить. Только для меня Джимми все равно будет не-мной, живущим в другом мире, в другом воплощении, другом и товарищем, приходящим ко мне в гости. В прямом смысле слова - в мои мозги.
Джимми у меня живет уже лет семь. Что самое смешное, я от него вовсе не фанатею как от музыканта - у меня и записей-то не было почти до его первого "визита". Просто увидела фотку, потом прочитала биографию... А потом он пришел ко мне - и мы подружились. Джимми научил меня на гитаре играть, да и больше половины якобы моих песен на самом деле написал он. В моем, разумеется, теле. У меня бывают и другие "гости", кроме Джимми, но этому, в отличие от остальных, разрешается практически все...

- Словом, картинка была еще та - когда приличная девушка-переводчик вывалилась из гостиницы в белой мужской рубашке и потертых джинсах, выпила бокал вина в ближайшей забегаловке и отправилась на кладбище...

Конечно, рассказать об этом, не стесняясь, можно двум-трем людям из тусовки. Айнис - как раз из них.

- Завидую я тебе, - вздохнула Айнис. - У тебя вселенцы есть...
Я уже набрала побольше воздуху, чтобы в ...дцатый раз высказать все, что я думаю о Предназначениях, способностях и страдании по поводу их отсутствия, как Айнис неожиданно заявила:
- А у меня, кажется, тоже вселенка объявилась... Ты там не упадешь?

Падать мне было некуда по причине возлежания на полу на моей любимой циновке, о чем и было сообщено. Однако будь я в состоянии - упала бы непременно, ибо...
- Это Элхэ!
Кажется, Айнис сама испугалась собственной наглости. Еще бы, есть отчего. "Элхи бродят табунами" - самое ласковое, что можно тут сказать. Я-то вселенцев с пяти лет привечаю, а в тусовке этим балуется каждый "пионер" - да только разница, мягко скажем, имеется качественная. Зато в тусовке - всенепременно элхи, мелькорьё и прочие поименнованные крылато-разнесчастные. Ниеннах правильно в свое время им "защиту имени" устраивала, да только "всех не перестреляешь". Но чтоб Айнис?! ?! ?!

Она поняла мое молчание правильно.

- Рианна... Я понимаю, как это звучит, но... Помнишь, я тебе про Саурончика рассказывала?
- Угу, - кивнула я телефонной трубке, все еще приходя в себя.
- Так вот, мы тут решили отыграть разговор его с Элхэ. И… в общем... в какой-то момент мне показалось, что я не отыгрываю и что вообще это не я...
- Разберемся, - сказала я, окончательно смиряясь с ситуацией. В конце концов, в вопросах эзотерики Айнис мне доверяет, так что крышу вправить еще не поздно будет. Заодно и "саурончику" этому. - В общем, ждите меня оба сегодня в три.

Положив трубку, я осознала, что либо причиню кому-то непоправимый моральный и физический ущерб, либо ехать к Айнис надо не-мне. Кажется, Айнис говорила, что этот "саурончик" не верит во вселенцев? К тому же на гитаре играет, да еще и выпить не дурак? Отлично! Джим, иди сюда, родимый... Выпить хочешь? - "Еще бы!" - Надо показать кое-кому, где вселенцы зимуют. А я попозже проявлюсь. Хочу на ваш диалог со стороны посмотреть. - "Без проблем".

Айнис Джима узнала сразу. Во-первых, по прикиду и торчащей из кармана куртки бутылке вина. Во-вторых, по голосу и выражению морды лица: тут меня можно перепутать с кем угодно из моих "гостей", только не с Джимом. Кроме вина, Джим притащил гитару - правда, не электрическую (к чему ее у Айнис подключать-то!?), а мою старую черную акустику. Саурончик опоздал часа на полтора. Так вот это что за фрукт! Видела я эту личность на Поганище пару раз. Как только Айнис угораздило связаться?! Ну, сейчас Джим его сделает...

- Привет! Ой, так я тебя знаю - ты Рианна из "Зачарованного Королевства", я у тебя пару раз эту газету покупал!

Мы с Джимом тихо выпали в осадок. Джимми задумчиво взял аккорд.

- Кхм... Я, конечно, к Рианне отношение имею... (гитарный рифф) Примерно такое же, как ты к девочке Насте... (еще один рифф) А так... Айнис, детка, может, ты нас представишь друг другу?

Айнис наблюдает сценку с испуганным видом. Ай Джимми, ай молодец!

- Эээ... Ортхэннэр, это Джим Моррисон... Джимми, это Ортхэннэр...

Молодец, Айнис. Интересно, кто еще из присутствующих осознает идиотизм ситуации? Или не идиотизм, а изощренную издевку - "Ты такой же Ортхэннэр, как я - Джим Моррисон"? Саурончик, похоже, понимает. Поскольку его глаза медленно округляются:
- ТОТ САМЫЙ?!!
- Из параллельной реальности. Ну что, выпьем за встречу?

Бутылка опустела очень быстро. Джимми был в ударе и вскоре перешел со "здешнего" репертуара на реальный "Doors", Саурончик пытался отвечать, но в технике он уступал Джиму примерно так же, как Саурон уступал бы Мелькору... Странное сравнение, блин, - поймала я себя, любуясь со стороны на свое физическое тело со вселенцем. Волосы я специально под Джима в черный крашу, так что под определенным углом зрения Джим даже похож немного на себя. И еще на кого-то... Не уловить. Но с Саурончиком рядом они смотрятся, это факт.

Ничего продуктивного в тот вечер не получилось. Джим и Сау нажрались, после чего "по-мужски" плакались друг другу: Джим рассказывал о визите на кладбище, а Сау - что хочет собрать здесь свой назгулятник, но не знает, как это сделать (будь я "в себе" - тут же спросила бы "зачем?!", но Джимми было глубоко наплевать на такие мелочи). Айнис тем временем безуспешно пыталась дозваться до своей Элхэ, но то ли она постеснялась появляться при пьяном рокере, то ли не было там никакой Элхэ в помине...

Домой приехал, естественно, Джим. Почти протрезвевший. Привычным жестом кинул куртку на вешалку, бросил взгляд на большое зеркало в тяжелой старинной раме, висевшее в самом темном углу прихожей... (Наставник мне про это зеркало много "хорошего" говорил, да я и сама знаю, что без нужды к нему соваться не надо. Но Джим не думает о таких мелочах). В глубине зеркала промелькнула странная искра (пить надо меньше?), и изображение слегка искривилось (эк ты нажрался, приятель, аж качает!)...
На Джима смотрел из зеркала отнюдь не Джим Моррисон. И не Рианна Тильневери. И даже не Татьяна Владимировна Косина. Отражанец был выше ростом, и волосы у него были длиннее и не такие черные - точнее, черные, но с проседью... И черная рубашка была, кажется, другого фасона, и на плечи словно накинут плащ... Незнакомец с подозрительной, очень подозрительной внешностью, смотрел сквозь зеркало прямо нам с Джимом в глаза. И в этом пронзительном взгляде была - и боль, и сила, и мольба о помощи, и бесконечное Знание...

Я с многоэтажными матюгами "пришла в себя", отбрасывая Джимми реальной пощечиной (это круто - давать по морде самой себе!) и отпрыгивая от зеркала подальше. Не люблю я подарки этого зеркала - хотя периодически, должна покаяться, заглядываю в него "третьим глазом". Но не так же - спьяну, без подготовки... Джим, как ни странно, за "по морде" не обиделся, и даже сказал "спасибо". Странно сказал. Задумчиво как-то чересчур...

О том, что у нас проблемы, я поняла наутро. Когда Джим попросился в мои мозги, я не удивилась и не возражала, но когда он взял гитару и заиграл, мне стало не по себе. Мелодия была явной вариацией на одну из вчерашних песен Саурончика.
Эй, приятель, ты, часом, не влюбился? - "В кого?" - В Настеньку! - "В кого-в кого?" - В Саурончика! - "А не пойти б тебе?" - А не пойду! - "Ри, отстань по-хорошему. У меня похмелье". - Я тебя похмельным видела. Не похож. И вообще, иди завтрак готовить или пусти меня назад в мое тело...
Джим меланхолично удалился жарить яичницу. В общем, как он умудрился схватиться за ручку сковородки без прихватки - не понимаю до сих пор. Но я, хоть и файтер по квенте, болевых ощущений страшно не люблю. Поэтому я "отключилась" - оставив Джимми фактически наедине с моим сознанием, физтелом и проблемами, взявшимися ниоткуда.

- Айнис? Привет, это Джим. Кажется.
- Джим? Ты жив после вчерашнего? Что у тебя с голосом?
- Я обжег руку. По физичке. Послушай, ты можешь приехать ко мне прямо сейчас?
- Обжег? Сильно?! Тебя Рианна убьет и воскресить забудет! А я тебе зачем?
- Рианна в курсе. Приезжай, пожалуйста. Это не телефонный разговор. Айнис, у меня проблемы... И еще. Дай мне телефон Саурончика, пожалуйста. Он сейчас дома?
- Не знаю... Я тебе его мобильник дам. Но у него сегодня вечером вокал, так что он вечером не сможет.
- Вы мне нужны оба. Сейчас. Здесь. Пожалуйста...

На самом деле, ожог был несильный. Но Джиму было плохо отнюдь не из-за физической боли. Два часа спустя, когда он открывал двери Айнис и Саурончику, его просто трясло, как в лихорадке.

- Джим, что с тобой?
- Сау, видишь ли... Я сам не понимаю. Мне просто кажется, что я превращаюсь в кого-то другого, хотя я ни черта в такие штучки не верю... В общем, со мной со вчерашнего вечера такое творится... Что мне снилось, я вообще молчу... Сау, это связано с тобой, я это знаю точно...

Джим говорил, глядя прямо перед собой, но краем глаза все-таки уловил гамму чувств на лице Саурончика.
- Но чем я могу помочь? Я ведь ничего в этом не понимаю...
- Просто я... сейчас... ослаблю самоконтроль, и появится... В общем, увидишь... А там - делай что хочешь... В крайнем случае - дай по морде и зови сюда Рианну, она с кем хочешь... справится... Все... Я не могу больше сопротивляться...

Джимми обмяк в кресле, прижимая здоровой рукой обожженную, оставив встревоженно-недоумевающих Сау и Айнис. Вообще-то, на сеансах контакта положено держаться за руки, но в данном случае этот вариант отпадал. Второе правило - звать вызываемого по имени - тоже не подходило. Полторы минуты внутренней перестройки моего многострадального сознания показались ребятам, наверное, вечностью.

...Он выпрямился в кресле, по его лицу пробежала быстрая судрога боли. Глаза (обычно они у меня непонятного коричнево-серо-зеленого цвета) стали глубокими и очень темными. Почему-то стали особо заметны плохо прокрашенные светлые пряди на висках, похожие на седину.

- Ортхэннэр?.. - тихо и чуть хрипло проговорил Он.
Саурончик неотрывно смотрел в лицо новоявленному гостю. Недоумение. Удивление. Ужас. Восторг пополам с недоумением.
- Тано?!
- Учитель?!
Это уже Элхэ говорит через Айнис. Никогда бы не подумала, что каштановые волосы могут серебриться - а ведь пожалуйста...
- Здравствуй, Элхэ-Эленхэл... Здравствуй, Ортхэннэр... Я все-таки смог вас найти...

Несколько минут они смотрели друг на друга - им не нужно было никаких слов. Только взгляды, в которых вместилась бесконечность лет разлуки.

- Где мы находимся? - проговорил Мелькор, когда обвел, наконец, взглядом комнату. Элхэ и Ортхэннэр переглянулись.

-Ну... Во-первых, это другой мир. Не Арта. Во-вторых...
Что сказать во-вторых, они не знали. Но Мелькор, кем бы он ни был, адаптировался неплохо. По крайней мере, когда в следующий миг зазвонил телефон, Учитель всего за пару минут осознал, как им пользоваться.
- Алло... Тамары Викторовны нет... После восьми... Всего хорошего...
Поморщившись, положил трубку. Ага, разумеется, он ее обожженной рукой держал. Вроде как не привыкать? Вселенец...

...- Вот докатилась! Только Мелькоров мне вызывать не хватало! Учитель, блин! Тано, понимаешь! Всех дисбиливом вынесу! Замок на созналку поставлю!

Бедняга Айнис давно не видела меня такой взбешенной. Некоторые истерику закатывают, а я... тоже, в общем, истерику, только без слез, и держите от меня подальше легкобьющиеся предметы...

- За каким зеленым хреном огородным надо было по физичке руки обжигать? Как мне завтра на тренировку по фехтованию идти?! Что я Наставнику скажу? Что Мелькора вызывала?! И по какому адресу он меня после этого направит?! Правильно он мне говорил, нефиг с этим зеркалом баловаться... На помойку вынесу! Разнесу к едрене фене!

Айнис делала единственно правильное, что могла в такой ситуации: сидела с очень виноватым видом. Саурончик уже уехал на свои занятия по вокалу. С дачи должны были вот-вот вернуться предки, но я уговорила Айнис задержаться. На самом деле, Мелькор был мной минут пять от силы. Ему явно с трудом давалось вселение в меня. И мне хотелось надеяться, что "продолжения не будет".

- Айнис, мы с тобой взрослые люди! Ниеннистикой люди либо всю жизнь живут, либо болеют ей один раз, как корью, в нежном пятнадцатилетнем возрасте! Нечего Черную Книгу на ночь читать! Ходят элхи табунами, тоже мне! Не смешно и не оригинально! Ну какие из нас с тобой Элхэ и Мелькор? На Эру нам такое счастье? Мне "Тильневерскую хронику" дописывать надо, а ты со мной работать не хочешь!
- Но я не виновата, что я не вижу твой Тильневер... - робко вставила Айнис. Мне, кажется, полегчало немного.
- Ладно-ладно, я знаю, что тебя не было там... Но что нам дальше со всем этим делать?
- А тебе так неприятно? Нет, я понимаю, - осеклась Айнис, глядя на мою перебинтованную руку. - Но все-таки... Если ты сможешь Его еще пару раз позвать... Хоть на пять минут... А?..

В глазах ее была такая мольба, что я не выдержала. Все-таки Айнис хорошая девчонка, и я готова ради нее на многое. Даже на Мелькора с обожженной по жизни ладонью.
- Главное, чтобы он мне не все свои болячки на физический уровень переносил, - усмехнулась я. - А то у него такой список диагнозов был, как я помню - к моему в комплект как раз до морга прямой дорожкой!
- Ри... Тогда, конечно, не надо.. Но ты же можешь как-то повлиять? Ограничить?
- Могу, конечно, - сказала я не очень уверенным тоном. С одной стороны, я в своем теле обладаю властью абсолютной. А с другой стороны Мелькор - Айну, стихия, и "гостей" такого уровня мне еще не приходилось принимать...
- "Берегитесь, как бы Моргот тело не довел до морга"! - выдала я очередной афоризм и окончательно успокоилась. Когда приехали родители, мы как ни в чем не бывало допивали свой чай...

Несколько дней я занималась исключительно своими обычными делами. На работе был завал, как всегда; на фехтовании Наставник меланхолично заметил, что мне давно пора было развивать левую руку, чем мы и занимались все полтора часа, а ночью я написала аж две страницы про Тильневер и составила парадигму пятого, архаичного, склонения тильневерских прилагательных. Айнис не звонила, Джимми не заглядывал, рука практически зажила, и мне уже все случившееся начало казаться страшным сном.

Но в пятницу вечером я почувствовала "канал присутствия". Это такое специфическое ощущение, которое предшествует вселению, если я откликаюсь, конечно. Настроение было - в самый раз "совершить подвиг", поэтому я откликнулаь мысленным "кто там?". И сразу же пожалела.
Я сидела в своем любимом кресле в центре комнаты. Одна. При желании моя фантазия легко дорисовывала собеседника - например, на табурете напротив меня. Визуализация - это даже не глюк, не "видение" - это просто упрощение контакта, настраиваемое вполне сознательно. Теперь воображение мне услужливо нарисовала "мелькора классического одна штука", сидящего напротив меня и смиренно ждущего "аудиенции". Вот до чего доводит гордыня и самомнение в комплекте с непрочищенными мозгами.

Ты действительно Мелькор? - "Что значит "действительно" в твоем понимании?" - Отвечать вопросом на вопрос - дурной тон. - "Прости. Но я не знаю, как тебе ответить" - Ладно, проехали. Чего ты хочешь от меня? - "Я ищу своих... Тех, кто мне дорог. Ищу сквозь миры и пространства. Благодаря тебе я нашел двоих..." Замечательно. Только я вот благотворительностью занимаюсь довольно редко: вообще-то, я наемник. Поэтому хотелось бы задать закономерный вопрос... Задавать или сам догадаешься? - "Я понимаю, о чем ты. Я не знаю, почему в твоей речи столько издевки... Наверное, я неприятен тебе... Но я не знаю ни тебя, ни законов твоего мира. Я не знаю, что тебе предложить. Назови свою цену - а я скажу, по силам ли мне ее заплатить..."

Вот тут я сама оказалась в тупике. Потому что первое, чему меня научили в свое время - не заключать опрометчивых сделок и контрактов, особенно со всякими Стихиями. Я на этом погорела еще в Тильневере...

Скажем так. Мне от тебя ничего не нужно - ни Силы, ни Знания я от тебя не попрошу, ибо и то и другое не должно доставаться легким способом. Но я наложу на тебя ряд ограничений, в качестве предосторожности. Ты согласен?

Мой воображаемый собеседник кивнул. А ведь мне нравится с ним разговаривать, черт побери! Это поразительное спокойствие, эти вопросы, логичные, но ставящие меня в тупик, эти ловушки моих собственных слов... Я почувствовала, насколько же он старше меня - чувство, которое я редко испытываю, занимаясь "потусторонними" делами.

Что ты собираешься делать дальше? - "Пока что - лишь разговаривать с ними, выяснить, как они живут. Затем, если это возможно, - найти способ увести их отсюда и начать восстанавливать Арту..." - Это возможно? "Вполне. Мне известен секрет Негасимого Пламени, а то, что Элхэ здесь, означает, что прежней Арты... больше... нет..."

Мой собеседник, казалось, ушел глубоко в себя. Я сидела в кресле. Кассета с Эньей давно закончилась. В тишине тикали часы. Мелькор, казалось, собрался с силами для продолжения разговора.
"Истинную Арту невозможно уничтожить. Она в нашей памяти, в памяти Хранителей Круга Девяти Рун, в памяти всех, кому был дорог наш мир... Эта реальность из Внешней Тьмы словно светится воспоминаниями об Арте - живущие здесь воссоздают ее, каждый день, сами о том не зная... Их десятки, сотни... Но они делают это рассеянно, их силы не согласованы... Их нужно собрать вместе, объединить..."

У меня захватило дух от подобной перспективы. Но я тут же взяла себя в руки.
Цель, конечно, достойная. Но в этом я тебе помочь не смогу, прости. Ищи способ увести отсюда Ортхэннэра и Элхэ. "С Элхэ несложно. А вот Ортхэннэр... Мне кажется, он в этом мире... как в ловушке".

Понятно. Саурончик - не вселенец, он тут родился такой. А значит, и уйти отсюда вряд ли сможет, не забрав с собой девочку Настеньку... Эк его перекорёжило! - мрачно усмехнулась я про себя. А что, есть ведь и такая теория: все эти сауроны тусовочные - суть мелкие-мелкие частицы настоящего, за свои деяния рассыпанного в мелкую кармическую пыль... Впрочем...
Я знаю, как можно помочь Ортхэннэру покинуть тело Насти. Мне приходилось работать с подобными случаями. Но на то должна быть их обоюдная воля...
"Ты позволишь мне поговорить с ним?" Когда? "Прямо сейчас".

Я смотрю на часы: половина двенадцатого. В принципе, я помню, мне Айнис жаловалась, что Саурончик поздно домой приходит - мол, она уже спит в это время...

- Алло, добрый вечер. Простите за поздний звонок. Анастасию будьте добры.
Ну, иди сюда... Вселенец крылатый...
- Алло... Ортхэннэр, это ты? Узнаешь?..

Я демонстративно "отключилась", чтобы не слушать разговор этих двоих. А когда "вернулась", то обнаружила, что мое физическое тело мирно спит со счастливой улыбкой на лице...

***
Идиллия продолжалась ровно месяц. Я научилась выдерживать присутствие Мелькора уже на час и даже больше; мы гуляли в парке ночью, под звездами, вспоминали Арту, играли на гитарах... Айнис нарисовала целую серию иллюстраций к "Черной Книге", да так хорошо, что мы заявили персональную выставку на ближайшем конвенте. Я с подачи Крылатого попыталась заняться ювелиркой, но как-то не нашла ни материала, ни инструментов и бросила эту затею. Иногда Мелькор приходил просто так, пообщаться со мной - как в тот вечер. После его визитов мы с Айнис долго сочиняли анекдоты о Сау, Мелькоре и Элхэ в современном мире, строили планы на приближавшийся потихоньку Праздник Ирисов...

Затем все как-то незаметно закончилось. Открытие очередного летнего игрового сезона, подготовка нашей с Айнис игры по "Властелину Колец", где Саурончик собирался играть сам себя, бешеные поиски полигона... Как назло, у меня в мае чередой пошли загранкомандировки: Париж, Лондон, Хельсинки, опять Париж, Бордо, Амстердам, опять Хельсинки... Я впервые пожалела, что владею двумя иностранными языками, и уже всерьез подумывала об увольнении. В середине июня мне дали, наконец, передышку - но тут выяснилось, что у Саурончика начались экзамены (а я и не знала, что он еще в институте!). Айнис тихо впадала в депрессию, ибо темный блок на игре развалился на глазах и Саурончику было, как будто бы, наплевать. Он даже не мог сказать точно, поедет ли на игру: после экзаменов ожидалась практика, а еще ему обязательно надо было навестить столетнюю бабушку в Новгородской области... Когда Айнис меня встретила с этой новостью в аэропорту (опять пришлось слетать в Лондон, хотя шеф клялся и божился, что летом командировок больше не будет!), я вовремя вспомнила, что вокруг меня много людей и громить аэропорт не стоит. Вместо этого я сосчитала до десяти, выдохнула и произнесла:
- На игре Саурончика не будет. Там будет нормальный Саурон. Я не знаю, где я его возьму, но я его найду. Слово Рианны Тильневери.
А, придя домой, заперла дверь и впервые за полгода разревелась. Думаю, что Айвис сделала примерно то же...

Игра прошла, может, и не идеально, но неплохо. Сауроном в результате был подросток-новичок - зато "правильного" пола. Да и, в конце концов, на игре с жестким сюжетом по "Властелину" Саурон не нужен. Там нужен игротехник, а игротехником была я. Темный блок, набранный в последний месяц до игры, был никудышным, но игра все равно состоялась. Зато светлые победили совершенно по жизни. Арагорн был великолепен, и за такого Арагорна игре простили все ляпы и недочеты... Айнис, игравшая Арвен, кажется, успокоилась по поводу Черной Книги и ее персонажей. А я совершенно случайно обнаружила, что Мелькор больше не откликается на мой "внутренний вызов".

Вообще-то я не из тех, кто легко "теряет контакт". Что Элхэ у Айнис появлялась только при Ортхэннэре или Мелькоре - так Айнис по сути не медиум, у нее сила в другом. А для меня это было, как... как... Как во французском переводе случайно сказать фразу по-английски, вот! То есть досадная и нелепая оплошность, пусть даже объяснимая. И я сама полезла к старому зеркалу с томиком Черной Книги - чтобы вызвать Мелькора самым пошлым и примитивным способом, который только мог быть.

Мелькор...Разве ты сделал то, что намеревался? Разве тебе больше не хочется увидеть здесь Ортхэннэра? Мелькор! Ответь мне, Мелькор!!!

Ответа не было бесконечно долго. Я вглядывалась в темную поверхность зеркала, не анализируя происходящее - на это будет еще время. Почему он не отвечает? Моей воли достаточно, чтобы докричаться до того, кто однажды прошел в мое сознание, становясь частью меня...

Мелькор! Ответь мне! Отчего ты не появляешься здесь больше?

Из невероятной глубины - то ли пришел ответ, то ли я додумываю его сама:
"Ты больше не можешь помочь мне".
Почему?! Что изменилось?
"Я не знаю, что изменилось. Но либо твоей силы недостаточно, чтобы помочь мне... Либо... Но этого не может быть..."
Не может быть? Чего не может быть? Договаривай!
"Либо Ортхэннэр отказался от меня. Но я не хочу в это верить. Прощай, Рианна. Благодарю тебя за то, что ты попыталась сделать".

На очередной тусовке на Поганище Джим появился очень злой. Вообще-то я не люблю пускать вселенцев на тусовки, но после разговора с Мелькором мне было глубоко наплевать. Остаток ночи я просидела бы, тупо глядя перед собой, не появись Джимми. Вытащил заначенную бутылку вина (когда он их успевает покупать?!) и методично напоил мое потрясенное сознание. Вам не приходилось плакаться в жилетку своему альтер-эго? В общем, к утру мои нервы пришли в порядок, а мнение Джимми о Саурончике упало глубоко ниже плинтуса. И, пользуясь наступлением субботы, он решил разобраться с Ортхэннэром по-мужски.

- Хэлло, приятель. Давно не появляешься, как я погляжу?
Саурончик подпрыгнул от неожиданности, когда Джим хлопнул его по плечу.
- Ой, Рианна! Э... Или Джим? Э, ну извини, не узнал! Как здорово, что вы здесь! А Айнис тоже приедет? А как у вас дела? - радостно затараторил Сау. Джим на него мрачно посмотрел.
- Слушай, скажи мне одну вещь. Ты что, действительно считаешь себя Сауроном? После всего, что ты сделал?
- Я? А что я сделал? Да разве я что-то сделал?
- Вот именно. Ты ничего не сделал. Где сейчас Элхэ? Где Мелькор? Мелькор, который ради тебя черт знает откуда пришел! Тебе не кажется, приятель, что ты его просто подставил?
- Я? А при чем здесь я? У меня тут экзамены были, и практика, и вообще ты же в Англию летала... летал... И вообще, если к вам не ходят вселенцы, то при чем тут я? Ну, было здорово, конечно. Но ведь он сам пришел, я не знаю, как он это сделал, зачем и почему... Сам и ушел, наверное... Может, он тут свое уже отработал? А что сразу я крайний?

Про "к нам не ходят вселенцы" было ударом по мне и ударом ниже пояса. Но с Саурончиком разговаривал Джимми. И он поднял было руку - чтобы влепить по этому все отрицающему лицу... А потом решил, что мордобоем мозги не вправляются - этот... эта Саурошечка даже не поймет, за что ее бьют. И поэтому вместо удара в челюсть Джимми с силой толкнул Саурончика куда-то в плечо, развернулся и пошел прочь, не оборачиваясь и закуривая на ходу. И Джиму, вселенцу со стажем, было не менее противно, чем мне, наблюдавшей со стороны.

- А знаешь, я тут списалась с одной девчонкой из Владивостока! Представляешь, у нее тоже есть вселенец-Мелькор!
Айнис не замечает моего перекошенного лица.
- Знаешь... - моя интонация не обещает ничего хорошего. - Мне показалось, что мель-корью мы с тобой переболели...
- Да ладно, там самый настоящий Мелькор! И он тоже подолгу не может появляться, прям как у тебя! - (я еще остаюсь авторитетом? Ну, спасибо, Айнис...)
- Ага, настоящее некуда. Дай его адрес госпоже Ниеннах, она порадуется.
- Да ладно тебе! Я, может, их теперь коллекционирую!..
Мое мнение об Айнис окончательно падает. Она, конечно, не виновата. Ей нужен Мелькор - большой и крылатый. Ей не нужны дурацкие вопросы вроде "а что ему здесь делать?". Это я такая слишком умная, слишком много требую от себя и от других. Вот ведь беда какая - не умею работать на полставки, по совместительству. Все надо на 101% выполнять. Файтер по квенте? Учись фехтованию. Джим Моррисон? Последние деньги на электрогитару. Мелькор "в гостях"? Обожженные руки и звезды в волосах. И умные вопросы. И планы по спасению мира. Никак не меньше.
А может, я просто ревную? Может, дело во мне, и я действительно могу меньше, чем никому не известная девочка из Владивостока? Может, теперь Он - там? Мне хочется бросить все и лететь в этот Владивосток - жалко, что у меня не бывает командировок внутри страны... Я понимаю, что мне не хватает ночных разговоров... Да были ли они? А был ли Мелькор? Разбушевалась фантазия, понимаешь... Отыграть "умного и крылатого" - особой подготовки не надо... Но ведь была же чертова сковородка, вот след от ожога... Случайность? Совпадение?

Айнис продолжает что-то увлеченно рассказывать, не замечая моих размышлений. Странно. Обычно все, что я думаю, написано у меня на лице.
И вдруг я совершенно неожиданно выдаю фразу:
- Знаешь, лучше бы ты коллекционировала Арагорнов. Всю жизнь мечтала быть Арагорном. На полставки.

Айнис смотрит на меня непонимающе. И я завидую ее непониманию.

СПб
24 августа 2003 г.



00:07 

Отрывок из стихотворения В. Брюсова "Конь блед".

Хочу изучать его творчество. Пожалуй, если поступлю в магистратуру, сменю тему.


...
И внезапно - в эту бурю, в этот адский шёпот,
В этот воплотившийся в земные формы бред,
Ворвался, вонзился, чуждый, несозвучный топот,
Заглушая гулы, говор, грохот карет.
Показался с поворота всадник огнеликий,
Конь летел стремительно и стал с огнём в глазах.
В воздухе ещё дрожали - отголоски, крики,
Но мгновенье было - трепет, взоры были - страх!
Был у всадника в руках развитый длинный свиток,
Огненные буквы возвещали имя: Смерть...
Полосами яркими, как пряжей пышных ниток,
В высоте над улицей вдруг разгорелась твердь.


И в великом ужасе, скрывая лица, - люди
То бессмысленно взывали: "Горе! С нами Бог!"
То, упав на мостовую, бились в общей груде...
Звери морды прятали, в смятеньи, между ног.
Только женщина, пришедшая сюда для сбыта
Красоты своей, - в восторге бросилась к коню,
Плача целовала лошадиные копыта,
Руки простирала к огневеющему дню.
Да ещё безумный, убежавший из больницы,
Выскочил, растерзанный, пронзительно крича.

"Люди! Вы ль не узнаёте божией десницы!
Сгибнет четверть вас - от мора, глада и меча!"

Но восторг и ужас длились - краткое мгновенье.
Через миг в толпе смятенной не стоял никто:
Набежало с улиц смежных новое движенье,
Было всё обычным светом ярко залито.
И никто не мог ответить, в буре многошумной,
Было ль то виденье свыше или сон пустой.
Только женщина из зал веселья, да безумный -
Всё стремили руки за исчезнувшей мечтой.

Но и их решительно людские волны смыли,
Как слова ненужные из позабытых строк.
Мчались омнибусы, кэбы и автомобили,
Был неисчерпаем яростный людской поток.



Ассоциации, ассоциации...
Я когда-нибудь доиграюсь.

00:08 

Опять В. Брюсов.


Ни красок, ни лучей, ни аромата,
Ни пёстрых рыб, ни полумёртвый роз,
Ни даже снов беспечного разврата,
Ни слёз!

Поток созвучий все слова унёс,
За вечера видений вот расплата!
Но странно нежит эта мгла без грёз,
Без слёз!

Последний луч в предчувствии заката
Бледнеет... Ночь близка... Померк утёс...
Мне всё равно. Не надо - ни возврата.
Ни слёз!

00:10 

Иннокентий Анненский


Смычок и струны

Какой тяжелый, темный бред!
Как эти выси мутно-лунны!
Касаться скрипки столько лет
И не узнать при свете струны!

Кому ж нас надо? Кто зажег
Два желтых лика, два унылых...
И вдруг почувствовал смычок,
Что кто-то взял и кто-то слил их.

"О, как давно! Сквозь эту тьму
Скажи одно: ты та ли, та ли?"
И струны ластились к нему,
Звеня, но, ластясь, трепетали.

"Не правда ль, больше никогда
Мы не расстанемся? довольно?.."
И скрипка отвечала да,
Но сердцу скрипки было больно.

Смычок все понял, он затих,
А в скрипке эхо все держалось...
И было мукою для них,
Что людям музыкой казалось.

Но человек не погасил
До утра свеч... И струны пели...
Лишь солнце их нашло без сил
На черном бархате постели.
_________________________________________________


Он прав. В последнее время символизм стал мне близок.

00:22 

Так. Здесь много романтики, а сие есть перекос.
Посему...
_______________________________

Когда я вижу человека, мне хочется ударить его по морде. Так приятно бить человека по морде!
Я сижу у себя в комнате и ничего не делаю.
Вот кто-то пришёл ко мне в гости; он стучится в мою дверь. Я говорю: «Войдите!» Он входит и говорит: «Здравствуйте! Как хорошо, что я застал вас дома!» А я его стук по морде, а потом ещё сапогом в промежность. Мой гость падает навзничь от страшной боли. А я ему каблуком по глазам! Дескать, нечего шляться, когда не звали!
А то ещё так: я предлагаю гостю выпить чашечку чая. Гость соглашается, садится к столу, пьёт чай и что то рассказывает. Я делаю вид, что слушаю его с большим интересом, киваю головой, ахаю, делаю удивлённые глаза и смеюсь. Гость, польщённый моим вниманием, расходится всё больше и больше.
Я спокойно наливаю полную чашку кипятка и плещу кипятком гостю в морду. Гость вскакивает и хватается за лицо. А я ему говорю: «Больше нет в моей душе добродетели. Убирайтесь вон!» И я выталкиваю гостя.
________________________________

Четыре иллюстрации того, как новая идея огорошивает человека...
1. Писатель: Я писатель.
Читатель: А, по-моему, ты говно!
(Писатель стоит несколько минут, потрясенный этой новой идеей, и падает замертво. Его выносят.)
2. Художник: Я художник!
Рабочий: А, по-моему, ты говно!
(Художник тут же побледнел как полотно, и как тростинка закачался и неожиданно скончался. Его выносят.)
3. Композитор: Я композитор!
Ваня Рублев: А, по-моему, ты говно!
(Композитор, тяжело дыша, так и осел. Его неожиданно выносят.)
4. Химик: Я химик!
Физик: А, по-моему, ты говно!
(Химик не сказал больше ни слова и тяжело рухнул на пол.)



Хармс, разумеется.

21:16 

А вы замечали, что одни дневники кажутся шумнее других? Пути моих ассоциаций неисповедимы, но этот дневник кажется мне таким тихим, укромным - место для отдыха. Я буду сюда прятаться. Иногда.

01:07 

Недоумеваю. Появляюсь здесь так редко, а список ПЧ медленно, но всё же пополняется.

23:33 

Виртуальный мир не просто тесен - точнее сказать, что в нём элементарно не развернуться, чтобы не наткнуться на знакомого.

17:51 

Прочитал в одной книге, что за изяществом почти всегда скрывается сила. Как ни странно, автор во многом прав.

17:55 

Я вздрагиваю от холода -
Мне хочется онеметь!
А в небе танцует золото -
Приказывает мне петь.

Томись, музыкант встревоженный,
Люби, вспоминай и плачь
И, с тусклой планеты брошенный,
Прдхватый лёгкий мяч!

Так вот она - настоящая
С таинственным миром связь!
Какая тоска щемящая,
Какая беда стряслась!

Что, если, вздрогнув неправильно,
Мерцающая всегда,
Своей булавкой заржавленной
Достанет меня звезда?

О. Мандельштам

__________________________________________________

Конечно, достанет. Как это банально, как это по-идиотски, я уже и забыл, что могу испытывать такую боль.
Я скоро начну хамить в общении с тем человеком. Могу начать. Это будет попыткой защититься.

01:14 

старый прикол

Объявление:
Уважаемые жильцы!
С завтрашнего дня в вашем доме по техническим причинам будут отключены горячая и холодная вода, электричество, газ, будут выбиты стёкла и вынуты двери, а сами вы будете выведены во двор и расстреляны.
С уважением, администрация

01:18 

Что-то у меня подозрительно хорошее настроение. Решил перебрать свою папку с приколами.

Правила поведения на воде


1. Hе находитесь в воде слишком долго. Помните, что в декабре она замерзнет.
2. Если в воде у вас внезапно начались судороги - не теряйте самообладания. Возможно, это оргазм.
3. Hе купайтесь в нетрезвом состоянии. Если в процессе купания у вас внезапно наступило нетрезвое состояние - зовите на помощь. Если в нетрезвом состоянии внезапно наступило купание - значит, вы упали с моста. Если же вы упали с моста, а купание не наступило - значит, вы еще летите.
4. Hе заплывайте за буек. Если вам так уж любопытно, вытащите его на берег и внимательно рассмотрите.
5. Тщательно подбирайте маску и трубку для ныряния. Маска не должна быть очень страшной, а трубку не забудьте раскурить заранее.
6. Hе ныряйте в незнакомых местах во избежание внезапного наступления дна на голову.
7. Перед тем как нырять с вышки, проверьте, сможете ли вы в случае опасности запрыгнуть из воды обратно.
8. Hыряя с большой высоты, следите, чтобы при трении о воздух на вас не воспламенились плавки.
9. Тщательно прислушивайтесь к звукам, доносящимся из воды. Если слышна музыка - это Садко. Если лай - это Муму. Если кто-то вытеснил всю воду - это Архимед.
10. При купании в тропиках всегда необходимо иметь с собой свисток и
полосатую палку. Если после трех свистков акула не остановилась, махните палкой. Если она и тогда не остановится, можете снять с нее номера и оштрафовать.
11. Если, начав тонуть, вы увидели золотую рыбку - значит, вам повезло. Если много золотых рыбок - вы тонете в аквариуме.
12. Hыряя на большую глубину, помните: запас воздуха ограничен.

Мозаика

главная